Доказано: лечение рака легких возможно

Рак легкого характеризуется своей агрессивностью: в течение одного месяца опухоль может увеличиться в размерах в два раза, а симптомы, доставляющие дискомфорт, и заставляющие пациента обратиться к врачу, появляются только на поздних стадиях.

К сожалению, у большинства населения существует устойчивое мнение о том, что диагностировать рак легких на ранней стадии невозможно.

Профессор Нир Пелед, ведущий онколог-пульмонолог частной клиники «Герцлия Медикал Центр» утверждает, что показатели выживаемости и выздоровления можно увеличить на 20% благодаря своевременным видам обследования, а также достижениям фармакологии, научно-исследовательской деятельности и нано-технологиям.

- Профессор Пелед, что изменилось за последние годы в подходах к лечению рака легкого в Израиле?

20 лет назад средняя выживаемость при раке легкого составляла 4 месяца с момента диагностирования заболевания. На сегодняшний день эта цифра выросла в 10.5 раз, то есть пациенты живут в среднем 3.5 года, причем речь идет о пациентах с онкозаболеванием, диагностированном на поздних стадиях рака легкого. Это огромное достижение, поскольку наряду с возросшей продолжительностью жизни мы значительно улучшили и КАЧЕСТВО жизни больных людей. Поэтому мы и пришли к выводу, что выбор медикаментозной терапии должен быть индивидуализирован.

- Сейчас мы подошли к теме персонализированной медицины?

Да. Персонализированная медицина – это разработка индивидуального лечения для каждого пациента, а точнее, терапевтического воздействия на определенную квалификацию рака и тип гена, которые выявлены у отдельно взятого пациента. Персонализированная медицина – это переворот в понимании процесса развития рака на молекулярном уровне.1

- Каких результатов достигла персонализированная медицина на данном этапе?

Благодаря биомолекулярному анализу гистологического материала опухоли и биологической таргетной терапии (целевой терапии – прим. редакции) продолжительность жизни более чем у 50% пациентов, страдающих раком легкого, находится далеко за пределами 3.5 лет.

- Как осуществляется биомолекулярный анализ?

При подозрении на рак легкого выполняется диагностическая бронхоскопия и забор измененной ткани легкого. Этот патологический препарат мы отсылаем на выявление генетического фактора в лабораторию. Процесс исследования занимает неделю. При получении подтверждения о мутации, например: ALK, EGFR или KRAS – мы знаем, как дальше действовать, чтобы назначить суперэффективное биологическое лечение.

- Расскажите подробнее о биологической терапии.

Эти препараты целенаправленно воздействуют на генетическую структуру раковой клетки, они блокируют рецепторы, принимающие сигналы и запускающие механизмы злокачественного перерождения клеток. Благодаря этому мы теперь умеем на молекулярном уровне останавливать механизм мутации гена. В среднем, в течение 3-4 месяцев мы уничтожаем опухоль. Как вы это и наблюдаете на снимках:

3Снимок опухоли легкого до лечения
4Снимок опухоли после 4 недель лечения – опухоль сократилась
5Снимок спустя 4 месяца – опухоль исчезла

Получите Бесплатную консультацию о лечении в Израиле СЕЙЧАС


- Как часто нужно принимать эти лекарства и какие у них побочные эффекты?

Одну таблетку в день перорально. Биологические препараты не влияют на здоровые клетки и ткани, как это происходит при химиотерапии. Они бьют в цель. У минимального числа пациентов побочные эффекты проявлялись в виде высыпаний на коже, диареи или наоборот запора. Такие эффекты, как рвота, тошнота, выпадение волос и невропатия, характерные для химиотерапии, не присущи биологическому лечению. Большинство моих пациентов не жалуются вообще на побочные эффекты.

- И как долго препарат нужно принимать и не теряет ли он свою эффективность со временем?

Необходимо принимать препарат всю жизнь. Однако лекарство прекращает действовать спустя год-два, поскольку рецепторы раковых клеток вырабатывают устойчивость к действующему веществу препарата. Но у нас есть другие лекарства, предотвращающие резистентность опухоли к воздействию медикаментозной терапии.

- Каков механизм действия этих лекарств?

Существует два вида лекарств, механизм их действия отличается, но окончательный эффект одинаков. Первый из них содержит антигены к рецепторам опухоли, находящимся на поверхности раковой клетки, и нейтрализует их сопротивление к воздействию препарата. Второй вид – это ингибиторы, проникающие непосредственно в раковую клетку с целью подавления процесса фосфорилизации клетки, приводя к апоптозу (программируемая клеточная смерть – прим. редакции).

- Как Вы контролируете или точнее, предотвращаете развитие невосприимчивости опухоли к биологическим препаратам?

Каждые 3 месяца я провожу контрольную компьютерную томографию, и если на снимках наблюдается отсутствие положительной динамики, то выполняю биопсию и при обнаружении мутации, начинаю лечить резистентность опухоли к биологическим препаратам незамедлительно.

- В принципе КТ является первичным методом, оценивающим успех лечения?

Да, совершенно верно. Хотел бы продолжить тему персонализированной медицины. Мы используем лабораторных мышей в разработке индивидуальной терапевтической программы. Это происходит следующим образом: ткань опухолевого очага, выделенная у болеющего раком легкого пациента, вживляется нескольким грызунам. По истечение некоторого времени выбираются 5-6 заболевших мышей, каждой из которых назначается определённая линия лечения. В конечном итоге, программа, оказавшая самый сильный терапевтический эффект на мышь, применяется для лечения рака легкого пациенту, от которого был пересажен фрагмент ткани. Кстати, моя тетя сейчас находится в состоянии долговременной ремиссии благодаря этой модели.

- Вы проводите большое количество клинических исследований. Могут ли пациенты, не являющиеся гражданами Израиля, принять в них участие?

Да, я руковожу многими исследованиями и приглашаю иностранных пациентов принять участие в них. Пациент из России должен будет пройти диагностику и в соответствии с ее результатами он будет приглашен принять участие в той программе клинического исследования, которое соответствует мутации гена, обнаруженного у него.

- В среднем, различные виды рака легкого увеличиваются в размере в два раза в течение одного месяца. Возможно ли диагностировать рак лёгкого на этапе его раннего развития до появления первых симптомов?

Конечно. В «Герцлия Медикал Центр» разработана программа ранней диагностики, которая включает клинический осмотр, спирометрию, компьютерную томографию и развернутые анализы крови (специальные маркеры) – CEA, CA125, Oncimmune, CYPHRA21, NSE, PROGRP. В случае обнаружения подозрительного новообразования в ходе КТ выполняется бронхоскопия с последующим забором ткани и ее исследования на злокачественную природу. Биопсия выполняется под контролем компьютерной томографии. Такое обследование занимает 2-3 дня. Результаты готовы к 3-му дню программы диагностики раннего обнаружения рака легкого.

- Чем обусловлено наличие компьютерной томографии в программе ранней диагностики? Оправдано ли облучение, которое получает пациент?

Во-первых, мы выполняем КТ при низкой дозе излучения, которая эквивалентна дозе рентгеновского снимка, поэтому не наносит вреда. И поверьте, куда более безопасней, пройти КТ и вовремя начать лечение, чем получить известие об агрессивном раке. Ведь большинство пациентов приходят к врачу на поздних стадиях заболевания и вынуждены проходить множество неприятных процедур, а моральные страдания, которые они переносят, моля о жизни, несравнимы с тем, чтобы просто принять решение и пройти диагностические проверки вовремя.

- Какой группе населения Вы предлагаете принять решение?

В первую очередь, мое предложение относится к тем, кто злоупотребляет табакокурением. Основным фактором риска развития рака легких является именно тяжелая и долговременная никотиновая зависимость. Следующая группа населения – это люди, живущие в регионах высокого загрязнения воздуха, а также занятые на реакторах или в производстве асбеста. Безусловно, бывшие пациенты, перенесшие рака легкого, и бывшие злостные курильщики обязаны проходить проверки.

- «Злоупотребляющие табакокурением». Каковы критерии такого определения?

Согласно определению Международной Ассоциации Рака Легких это соответствует 30 годовым пачкам за весь период курения. Результат рассчитывается по следующей формуле – количество пачек, выкуренных в день, умножается на количество лет курения. Например, если человек курит 2 пачки сигарет в день на протяжении 17 лет, то при умножении этих данных, мы получаем цифру 34 пачки за годы злоупотребления, что является высоким фактором риска развития злокачественных болезней легкого.

- Какую программу обследования и лечения предлагает «Герцлия Медикал Центр» пациентам, у которых поставлен диагноз «рак легкого»?

Для таких пациентов «Герцлия Медикал Центр» разработала специальную программу обследования, включающую позитронно-эмульсионную компьютерную томографию с целью определения степени метастазирования. В случае, если у пациента диагностирована первая стадия заболевания, то в дополнение осуществляется КТ мозга. При необходимости выполняется бронхоскопия для точнейшего определения стадии заболевания, а также, инвазивные процедуры, такие, как размещение стентов в дыхательных путях, с целью ослабления локального давления в дыхательных путях или проведение дополнительных хирургических вмешательств.

- Какой подход использует персонализированная медицина для пациентов с неоперабельной формой рака легких?

Разрабатывается индивидуальная программа лечения рака легких, включающая: прогрессивные методы генетического и молекулярного исследования опухоли, с целью определения чувствительности к противоопухолевым препаратам; применяются биологические методы лечения, с учетом характеристик заболевания; и разрабатывается оптимальная стратегия лечения с применением современных химиотерапевтических препаратов и радиотерапии. Для пациентов с неоперабельной формой рака легкого, мы создаем индивидуальную комбинацию химиотерапии и радиотерапии, чтобы достичь максимального эффекта лечения и сократить размеры опухоли, которые позволят провести хирургическую процедуру с целью удаления очага.

- В 2006 году Вы принимали участие в разработке «электронного носа», распознающего рак легкого по запаху. Концепция создания этого оборудования была подсмотрена у собак. Расскажите подробнее.

Давно было замечено, что собаки буквально примыкают к той части тела человека, в которой обнаружено онкологическое или другое заболевание. Таким образом, ученые пришли к выводу, что у рака есть «запах». Но, стоит отметить, идентификация запаха, в обычном смысле, не происходит – это скорее идентификация молекул, производимых опухолями, которые попадают в кровоток, затем в легкие и присутствуют в выдыхаемом воздухе. Воплощение концепции в реальность стало возможным благодаря нанотехнологиям. «Электронный нос» работает следующим образом: миниатюрные датчики размером в миллиардные доли метра (100 тысячная доля диаметра волоса) создают очень большую поверхность, что приводит к высокоэффективной абсорбции молекул (поглощение и увеличение концентрации вещества – прим. редакции). Считываемая информация трансформируется в график, который показывает концентрацию молекул болезни с точностью до 90%.

- Как это происходит на практике?

«Электронный нос» выглядит наподобие мобильного телефона 90-х годов, пациент подносит его ко рту, потом дышит в специальный пакет. Далее материал передается на анализ в лабораторию Техниона и в течение нескольких дней мы получаем ответ.

- Когда население может воспользоваться этим видом ранней диагностики?

Надеюсь, что в ближайшее время. Мы проходим заключительные этапы проверок и разрешений. И, конечно же, я мечтаю, чтобы этот портативный прибор, способный неинвазивным методом поставить диагноз, находился в распоряжении каждого врача.

Если вы хотите больше узнать о лечении рака легких в ведущей израильской клинике "Герцлия Медикал Центр", нажмите здесь.